Юкки 1973

Питерский Вудсток Валерия Кууска

видео/фото – Валерий Кууск

Земляне в Юкках 1973. Яржин, Стрункин, Мясников

Земляне в Юкках 1973. Яржин, Стрункин, Мясников

27 мая 1973 года недалеко от города в посёлке Юкки произошло событие, о котором вспоминают не только его участники и зрители. Возможно, этим событием заинтересуются даже молодые, в то время ещё не родившиеся. Как могло случиться, что в государстве, управляемом жёсткой системой – КПСС, прошёл музыкальный фестиваль длившийся почти сутки и на котором выступали непрофессиональные музыканты, исполняющие произведения западных рок-групп? Кто разрешил (допустил, пропустил, недоглядел) проведение подобного в условиях победного шествия социалистической культуры? Небольшой экскурс в прошлое. В начале 60-х годов в больших дворах Петроградской стороны дети собирались для совместного времяпровождения под какой-нибудь интерес – не только песочница или драмкружок при ЖЭКе. В нашем дворе играли в футбол (с периодическим разбиванием стёкол в первом этаже) и был стол для пинг-понга. Народ собирался с близлежащих домов и все играли, играли… В 1959 году у меня в доме уже был магнитофон, сделанный моим отцом, и я мог записывать разную музыку. Но что можно было записывать? Фирма грамзаписи «Мелодия» предлагала преимущественно исполнителей отечественных, в меньших количестве – дружественных стран «Народной демократии» и совсем ограниченным тиражом шли исполнители из капиталистических государств. В лучшем случае – звёзды итальянской эстрады. Неудовлетворённый спрос был налицо. И всё же что-то перепадало от ровесников, чьи родственники имели возможность привезти своим чадам искусство «из-за бугра». Были и другие каналы. За деньги открывался доступ к неофициальным коллекциям. Николай Рыжков, Юрий Быстров, Юрий Флегонтов предоставляли музыку из своих собраний не только для ленинградского радио. К началу 70-х у меня была уже большая коллекция записей на «колесном» магнитофоне. Спектр имён: от Петра Лещенко до Led Zeppelin. Но никакого Джордже Марьяновича или Карела Готта. Одновременно с этим была возможность слушать по радио на коротковолновых диапазонах музыкальные новости «оттуда», поэтому появление “The Beatles” не прошло незамеченным. Я был в курсе новинок английской и американской поп музыки, знал множество имён и прочей информации отсутствующей в наших газетах, журналах и магазинах фирмы “Мелодия”. В начале 1963 года из радиопередач БиБиСи и Радио Люксембург в советском союзе узнали о “The Beatles” и других английских поп-группах (тогда их называли именно так) и для многих из тех, кто это узнал, авторитеты Э.Хиля и прочих эстрадников – сильно упали. К середине 60-х пошло-поехало: собирались попеть-поиграть-послушать любимую музыку. В техникумах и вузах стали появляться свои музыкальные группы, исполнявшие песни западных передовиков капиталистической эстрады. Поначалу вне конкуренции были Lennon-McCartney, а позже – Юра и Архип”(Uriah Heep), и “Лёд Запилен”(Led Zeppelin), и “Тени из Автово” (Ten Years After), и “Эмерсон Лёг и Помер”(ELP). А вот на русском – мало. Например, приезжавшие к нам, «Червоны гитари» пели на польском и лишь одну свою(!) песню – на русском. Песни Высоцкого, Городницкого – особая статья. Несколько иная ветвь. В рок музыке преобладал английский язык. Единственной русскоязычной рок-группой в 1969 году был “Санкт-Петербург” Владимира Рекшана. Что касается телевидения, то в 70-е годы на ТВ можно было увидеть исключительно представителей советской эстрады и стран социалистического содружества. Максимум, что было позволено от представителей капиталистического окружения: 2-3 исполнителя в новогоднюю ночь. Где-нибудь часа в 4 утра 1 января начиналась программа «Мелодии и ритмы зарубежной эстрады». И в этом винегрете иногда проскакивали знакомые имена. Процент англо-американской музыки был приблизительно таким же и в репертуаре ресторанных лабухов. В руководство «Ленконцерта» ежемесячно подавалась рапортичка с перечнем исполняемых конкретным ансамблем песен и (упаси Бог!) если в ней присутствовали имена типа Deep Purple. Такой репертуар вмиг «зарежут», да ещё и неприятностей не оберёшься за низкопоклонство перед западом. Упор должен быть на произведения отечественных композиторов. Отчасти это было связано с авторскими отчислениями, а в основном – по идеологическим соображениям. Ресторанные лабухи именовались музыкальными ансамблями и никаких поп-ГРУПП не могло быть в принципе. В виде противовеса тлетворному влиянию в 80-е годы на ТВ появились ВИА с репертуаром официально признанных композиторов: Мигули, Фрадкина, прости Господи, чуть Антонова не забыл. И тексты тоже были интересные. Вот пипл и хавал продукт с экранов – каждую субботу из «Утренней почты» и прочих телеперлов. С тех пор существует призыв: «Ешьте дерьмо! Миллионы мух не могут ошибаться!». И никаких вопросов, какие песни слушали в юности – «In-A-Gadda-Da-Vida» или «сопля в иллюминаторе». Тут уж: кому ситец полосатый, а кому – мужик носатый. Мне светили: Jimmy Page и Jimi Hendrix. Осенью 1972 года довелось попасть на автобусную экскурсию в Ригу. По нынешним меркам – за рубеж (как сейчас в Финляндию). Рядом со мной сидел Никита, который проводил в детстве время в нашем дворе. Разговорились. Никита Лызлов играл в то время в группе с Колей Корзининым, Володей Рекшаном, короче – в Группе “Санкт- Петербург”. Вот с того времени и началось моё знакомство с русскоязычным роком. И никакой “Машины времени” у нас в Питере не знали, не ведали. Были известны “Кочевники”, “Фламинго”, “Галактика” (да простят меня те, кого не упоминаю) и было много молодых музыкантов, желающих пройти по стопам “The Beatles”. Все они исполняли музыку западных корифеев и не могли выступать на официальной эстраде. Неформальные и непрофессиональные (несанкционированные) объединения не получали одобрения со стороны властей – мало ли чего… А в контролируемых вертикалью управления коллективах – позже ВИА – репертуар определялся набором произведений советских композиторов. Интересы молодёжи должны были этим и ограничиваться. И никакого “запада” на эстраде. Никакого английского языка и мракобесия. Никакой “музыки толстых” – по М.Горькому. Или по Ким Ир Сену – Ким Чен Иру. В декабре1972 Никита Лызлов, игравший в группе с Рекшаном, пригласил меня на выступление в институт водного транспорта (ЛИИВТ). Предложение было очень заманчивым. Побывать на концерте группы, находившейся на вершине популярности в городе… Незадолго до этого я купил в “комиссионке” японскую кинокамеру (300руб.). Можно было снимать на 8мм киноплёнку что угодно. Звук, однако, не записывался. Но зато меня не ограничивала статичность фотографий – и все что двигалось – запечатлевалось на плёнке. А выступление на сцене – движение. В те времена никаких видеокамер не было. Технологический процесс обработки снятого материала занимал несколько дней: в ателье сдать-принять, плёнку разрезать-склеить и только потом в тёмной комнате на экране… своё кино!.. Пусть что без звука. То, что получилось – мне понравилось. Никите Лызлову – тоже. Несмотря на технический брак и неумение работать со сложной камерой. И вот в мае 1973 он пригласил меня в Юкки на съёмку. Предполагалось грандиозное по его словам событие. Ожидалось выступление нескольких очень известных групп на хорошей аппаратуре. Конечно, такое событие должно быть зафиксировано для потомков. На что снимать? 8 мм кинопленка тогда была 45 или 180 единиц ГОСТ. Кому это понятно? Остальным можно сказать, что для съёмок на несильно освещённой сцене – маловато. Но иногда можно было ухватить продукцию дружеской ГДР – плёнку аж 360ед! Но в продаже она появлялась очень редко и денег стоила! Отечественная плёнка (10 метровый ролик) продавалась за 1р. 55к, а продукция СЭВ – 3р 60к. (сравните: 0,5л Столичной – 3р.07к. при инженерской зарплате 110р). После съёмки – обработки получалось максимум 5 минут экранного времени. Вот на неё то и производилась съёмка в Юкках. Ближе к вечеру субботы 27 мая мы поехали в Юкки. 262 автобус довёз почти до самого ДК, где происходило действо. Подходим – земля сотрясается от басов. Никита обеспечил нам проход в ДК, в котором яблоку некуда упасть. Меня он провёл за кулисы, где я приготовил камеру и – вперёд! На сцену. Надо сказать, что я и фотоаппарат захватил, но основной упор – кино. В этот момент к выступлению готовилась группа “Мания” и я, незнакомый для них человек, боялся помешать ходу выступления. Поэтому снимал, стараясь не заслонять собой музыкантов. Обстановка на сцене была ненапряжённая. Люди пришли оттопыриться – и постепенно из зала часть слушателей переместилась на подиум, где были расставлены акустические агрегаты. Какое-то время можно было наслаждаться низкими частотами вблизи динамиков. Так можно было воспринимать звук час, два. Утомленные длительным прослушиванием громкой музыки и поздним временем, гости лежали на сцене с обеих сторон. Кто-то иногда приходил в себя и начинал пробираться на воздух для выкуривания сигареты или по иному поводу. При этом приходилось переступать через лежащие тела и отыскивать место, куда можно было опустить стопу. Неловкое движение – и равновесие терялось с угрозой падения. Один из таких зрителей для сохранения вертикального положения опёрся на акустический агрегат, которые были поставлены друг на друга и это сооружение пошатнулось. К нему мгновенно подскочили два человека из группы Мания и, не сговариваясь, толкнули его со сцены в зал. Он приземлился на голову какой-то девушки. Была ли нанесена ей серьёзная травма или нет – неизвестно. Только приток на сцену новых любителей сильного звука был остановлен.
Санкт-Петербург. Корзинин

Санкт-Петербург. Николай Корзинин

Что они (Мания) играли – я не помню, но люди эти явно были «не последние» и публика принимала их с теплотой. После них наступила очередь “Землян”, которых также принимали с восторгом, а после – “Альбатроса”. Исполнялись, разумеется, песни “загнивающего” капитализма – из репертуара “Deep Purple”, “Iron Butterfly”, темы из “Jesus Christ Superstar” с очень точным копированием интонаций и тембров. О произношении английских текстов судить не берусь. Во время выступления “Землян” какая-то … отключила свет на сцене и условия для съёмки сильно ухудшались, но потом электроснабжение сцены удалось восстановить. Поскольку прибыл я не к началу, а около 8 вечера, то на плёнке не запечатлены участники дневного выступления. Слышал, (значительно позже – в 80-е годы) что днём там выступал молодой никому неизвестный БГ, спевший песню Кэта Стивенса “Here commes my baby”, и слушателей не сильно тронувший. Земляне. Юкки 1973Когда подошла очередь “Санкт Петербурга” было уже заполночь. Динамичное выступление, сильно контрастирующее с другими группами в языковом плане. Корзинин пел по-русски, сидя за своими барабанами. Ударник он был отменный и в то время, и более поздние годы, когда мне доводилось встречать его на сцене. Очень хорошо выглядел скрипач Никита Зайцев – помимо мощной игры и эмоциональности – на нём была дивная футболка с двуглавым орлом на груди и надписью “Санкт-Петербург”- сильнейший раздражитель, можно сказать – вызов руководству города Ленина. Чуждая строителям коммунизма символика и название группы и ранее доводились до того, кому следует об этом знать, и за ту футболку были дополнительные неприятности у музыкантов. Эти моменты описаны у Рекшана в его произведении “Кайф”. Доброжелателей сообщить о происходившем “куда следует” – во все времена было предостаточно. Тут каждый ловил то, что ему нужно. Были и меркантильные моменты, и карьерные соображения, и устранение конкурентов. Однажды при проходе на концерт «Фламинго» в «Военмех» меня зацепил один из таких бдительных. Где-то он ныне «рулит»? Расставлялись препоны по командам сверху. Этих не пущать, а вот те… В то время из Смольного подавал команды и циркуляры Г.В.Романов, результатом деятельности которого было бегство людей искусства из нашего города. Из наиболее известных: Сергей Юрский – в Москву, Сергей Довлатов – в Таллин, а Михаил Барышников – в США. Немного раньше, ещё при В.С.Толстикове – Иосифа Бродского засудили и выпихнули в северные края. Ясное дело, что и после 27 мая были проблемы и у руководства ДК в Юкках. Но об этом пока никем не написано. Помню, что в тот вечер был такой эпизод. Местная публика пришла в ДК на танцы, а тут такое! Просили дать им место для хоровода, но командовал парадом в Юкках знакомый Никиты Лызлова – Игорь Солуянов. Он объявлял выступающих, заполнял разговором неизбежные паузы – то есть вёл фестиваль и держал под контролем ситуацию. На просьбу аборигенов он обратился к народу: «Как быть?». И, ориентируясь на реакцию большинства, объявил вердикт, что музыку можно слушать ногами, а можно – головой, поэтому – извините! В 1986 году во Дворце Молодёжи проходил ежегодный фестиваль ленинградского рок-клуба и там я с удивлением узнал, что Игорь работает во Дворце в службе художественного света. Все, выступавшие на юкковской сцене, не придавленные официозом и партийным оком выглядели как подобает настоящим рокерам – без всяких галстуков, бантиков и блёсток. Публика принимала их с восторгом. Несмотря на то, что группы были не в полном составе – у “Землян” другой бас-гитарист, у “Петербурга” не играл Рекшан, пребывавший на спортивных сборах, оттяг получился изумительный. “Землян” и “Петербург” посреди ночи послушали ещё раз. Крутилось всё до самого утра 28 мая. Последние кадры я снимал около 8 часов, а на сцене ещё кто-то выступал. Сколько схлынуло лет! Многих уже нет на свете, но те, кто помнит этот праздник – «Питерский Вудсток», откликнитесь, добавьте свои воспоминания, пока ещё есть время.